...........
My home is my castle.
Привет, Гость
  Войти…
Регистрация
  Сообщества
Опросы
Тесты
  Фоторедактор
Интересы
Поиск пользователей
  Дуэли
Аватары
Гороскоп
  Кто, Где, Когда
Игры
В онлайне
  Позитивки
Online game О!
  Случайный дневник
BeOn
Ещё…↓вниз
Отключить дизайн


Зарегистрироваться

Логин:
Пароль:
   

Забыли пароль?


 
yes
Получи свой дневник!

........... > Мини-истории


Тесты c категорией "Мини-истории".
Сообщества c интересом "Мини-истории".

воскресенье, 8 июля 2018 г.
Окружение non grаta. 20:34:35
Подробнее…Меня приводит в чувство слабый толчок, отчего я словно из воды выныриваю из омута собственных "веселых" мыслей. Все еще мутным взглядом обвожу место, в котором нахожусь, словно вижу его в первый раз - настолько сильно я задумался.
Ага. Салон автобуса, пусть и новой модели, но уже потрепанного, словно без остановок проехал не одну сотню кругов по этому унылому городу: запыленные окна, стертые до черноты поручни и спинки кресел с продавленными сиденьями. Заехал колесом в яму, оттуда и толчок, разбудивший меня. А еще он почти пустой. Дело тут, разумеется, вовсе не во времени суток и не в маршруте этого транспорта, хотя, если честно, я сомневаюсь, что кто то знает куда едет этот автобус. Как сомневаюсь в том, что пара тройка моих попутчиков знала о направлении и конечной цели своей поездки. Собственно, как и я сам. Куда едет этот автобус? Зачем он едет? И почему мы в нем? Хрен его знает. Это никого не волнует. Он куда то движется и этого было более чем достаточно.
Я слегка прищурился, глядя на тех, кто меня сопровождал. Да, так и есть. Мои неизменные попутчики, сидят на своих местах уже черт знает сколько и продолжают ехать черт знает куда вместе со мной. И каждый раз, когда я просыпаюсь от раздумий, я уже знаю, что увижу их, все так же сидящих, тихо и молчаливо. Я ни разу с ними не заговаривал, хотя, если честно, не уверен даже, что они бы мне ответили. У каждого, кто садится в этот автобус, своя цель и свой пункт назначения. Никого не волнует, кто и зачем едет с ними.
Вновь отворачиваюсь к окну, прикрывая глаза и опять погружаясь в раздумья. Помнится, когда то этот транспорт пользовался большей популярностью. Одно время в нем кипела жизнь, причем не просто пассажиров было больше - они сами вели себя иначе. Тогда они еще могли приветствовать друг друга, общаться, интересуясь у попутчиков о целях их путешествия. Сам автобус тогда выглядел лучше, окна были чище, ручки целы, пыли и мусора по углам меньше. Черт, даже пейзаж за окном тогда казался светлее и не вгонял в тоску, как сейчас.
Снова мои размышления прерывает рывок, но на этот раз слабый и медленный - автобус почему то остановился. Слегка приоткрываю глаза, без особого интереса оглядывая салон в поисках причины остановки. Ага, двери открылись. Новый пассажир, значит. Ничего необычного.
Да, не те нынче попутчики пошли. Эти молчат, словно тени от самих себя, без лишних движений усаживаются на ближайшие места и едут так до своей остановки, где так же молча слезают, не оставив после себя даже следа ног на покрытом многолетней пылью полу. Пустышки..
Новый пассажир, очевидно, был из той же оперы. Ни слова, ни даже шороха - беззвучно уселся на первое попавшееся сиденье и сидит теперь, не шевелясь и словно бы даже не дыша. От скуки я придумал себе маленькое, бесхитростное развлечение: угадать сколько времени очередной пассажир проторчит с нами, пока не выйдет на своей остановке. Лениво пораскинув мозгами и не особо вдумываясь, назначаю ему срок - около сорока минут. Кто то может удивиться, мол, ничего себе, сорок минут! Но нет, поверьте, такой срок тут - самый минимальный. У меня бывали попутчики, проезжавшие со мной по несколько месяцев и даже лет. Последние, кстати, до сих пор едут, сидя на своих излюбленных местах - те, кого я упомянул еще в начале. Правда кроме них тут больше никто долго не едет. Все нынешние пассажиры проводят тут не более пары часов. Я их не виню, в конце концов, вид этого автобуса не располагает к долгим поездкам в нем, но все же мне порой бывает до невозможности скучно. Хотя и поделать с этим ничего нельзя.
Я почти угадал. Чуть больше получаса, тридцать с лишним минут. "Новенький" поднимается и проплывает к переднему выходу из автобуса и на следующей остановке выходит. Скучно.
Закатные лучи бьют в лобовое стекло, заполняя светом унылые внутренности салона и сидящих в нем пассажиров. В голове мелькает мысль о том, что я уже черт знает сколько времени еду, сидя на самом последнем ряду и ни разу даже не поднявшись. Пожав плечами, словно меня кто то уговорил это сделать, поднимаюсь и встаю в проход между задними рядами сидений, потягиваясь. Тело слегка затекло, но в целом самочувствие довольно бодрое. Что, однако, не помешает мне вновь уснуть, когда я вернусь на свое место. А до тех пор..
Прохожу вперед, про себя улыбаясь мысли о том, что я все таки далеко не тень, что недавно прошла по этому же проходу - я слышу топот своих ног, шорох одежды, едва заметный звон поручней, которых я коснулся. Почему то приятно осознавать, что ты живой. Проведя долгое время в этом, без преувеличения, наиунылейшем месте, начинаешь чувствовать себя частью черно белого наброска, о котором забыли и оставили пылиться в стопке таких же недоделок. Только шевельнувшись, я уже развеял эту иллюзию и теперь слегка улыбаюсь, словно открыв для себя какой то приятно удивительный факт.
Пройдя через весь салон, я подхожу к месту водителя, где, как обычно сидит один и тот же человек - мужик с пышными усами и в кепке с советских времен. На языке почему то вертится слово "машинист". Он оборачивается ко мне и я понимаю, что как бы ни хотел, но все равно не смог бы описать его лица помимо усов. Оно как будто расплывалось в глазах, забывалось каждую долю мгновения.
- Выходишь?
Это было бы забавно, но нет. Моя остановка еще далеко. Качаю головой в знак отрицания. "Машинист" ни слова не говоря возвращает свой взгляд на дорогу и я следую его примеру. Закатное солнце светит в глаза, ослепляя и заставляя меня сощуриться, чтобы хоть как то разглядеть дорогу впереди. Конечно же, конца и края ей не видно, как и городу, что тянется по левую сторону от нее. Устав от яркого света, отворачиваюсь назад и, к удивлению, вижу то, чего не было уже, наверное, пару лет. Мой попутчик, сидящий ближе всех ко мне, смотрел на меня вполне себе осмысленным взглядом. Разумеется его лица я бы тоже не смог описать, как и "машиниста", но этот взгляд был ясно различим. Последний, не отрывая глаз от дороги, задает свой вопрос, который в любое другое время звучал бы рутинно. Но не сейчас..
- Куда едем? - мне даже не нужно думать, чтобы дать ответ. И я почему то даже не удивляюсь, когда вижу на лице пассажира с осмысленным взглядом легкую улыбку.
Я также улыбаюсь в ответ и отвечаю:
- Вперед.


Категории: Мини-истории, Окружающие
воскресенье, 15 апреля 2018 г.
Противоречие. non grаta. 13:30:19
Подробнее…Дверь как всегда скрипит, когда я с привычным отвращением ее открываю, заходя внутрь столь нелюбимой мне комнаты. Внутри ничего не изменилось, разве что пыли везде стало немного больше. Никого нет, что случается довольно часто к моему великому удовольствию. И, хоть это и не надолго, я все равно наслаждаюсь тишиной и покоем, царящим здесь. Кто то назвал бы это унынием, но он не знает, что тут обычно происходит.
К сожалению, я не смог наслаждаться покоем долго - дверь слева от меня тихонько заскрипела и в комнату вошел тот, кого я ненавижу больше всего на свете.
Мэл. Он мимолетом провел по мне пустым, отрешенным взглядом и уселся на стул, который, как обычно, стоял перед его дверью. Мы оба молчим, не желая начинать разговор, который нам обоим будет не по душе, поэтому тянем время, тянущееся медленно, словно кусок хлеба в пересохшем горле. И мы оба время от времени посматриваем на точно такую же дверь, что находится справа от меня. Я знаю, что он молча надеется на то, что третий не придет. О, как бы он хотел этого! Ведь тогда он получил бы такое удовлетворение, какого не испытывал никогда. Мрачное, алчное желание ощущается чуть ли не физически. Это внушает мне отвращение, хотя отчасти я его понимаю. Если третий не придет, то я сэкономлю кучу времени и нервов, но мы с ним оба знаем, что этого не будет. И все же он продолжает надеяться, зная о том, что такого не будет никогда. И, как обычно, корчит недовольную гримасу, когда дверь напротив него (и справа от меня) все же открывается с точно таким же скрипом и заходит он, третий. Я не сдерживаю вздоха разочарования. Не то чтобы я тоже надеялся, что третий не придет, просто его приход означал очередную нервотрепку, грозившую мне очередным испорченным днем, а то и не одним. И все же он был мне немного приятнее Мэла, поэтому я встречаюсь с ним взглядом, в котором читаю толику понимания, после чего он здоровается с нами, как всегда, первым.
- Эг, Мэл.
- Бун.
Я отвечаю, а Мэл, как обычно, молча кивает, источая недовольство. Впрочем, справедливо будет сказать, что Бун отвечал ему тем же. Эти двое ненавидят друг друга так сильно, как только вообще можно кого либо ненавидеть. Он садится на свой стул, который, как и стул Мэла, стоял перед его дверью. Они уставились друг на друга и напряжение в воздухе достигает пика. Если бы это имело смысл, то они уже накинулись бы друг на друга, грызя друг другу глотки. Но, к сожалению, это ни к чему не приведет и они оба это прекрасно знали. Никто из нас не желал находиться тут, но выбора у нас не было и не будет. Поэтому нам оставалось лишь терпеть эти неприятные встречи и надеяться, что следующей не будет как можно дольше. Увы, встречи эти происходят с завидной регулярностью.
- Ну, - подал голос Мэл, - что на этот раз?
- Ты прекрасно знаешь что, - резкость за резкость, грубость за грубость. Никто из нас не тратит время на притворство, так как каждый знает, как к нему относятся остальные двое.
- Знаю, и что с того? Опять будете требовать своего?
- Требуешь тут только ты, Мэл. Мы же..
- А что вы? Вы просите? Не смеши меня, Бун. Мы оба пришли сюда за одним и тем же.
- Нет уж, не за одним! Ты пришел, чтобы забрать то, что тебе не принадлежит!
- Так же, как не принадлежит и тебе, Бун! Не думай, будто ты стоишь выше меня только потому что твои цели якобы благороднее моих!
- Якобы?! Откуда взялось это якобы? Ты только и хочешь, чтобы мы пустили все под откос, чтобы наплевали на все и на всех!
- А что ты предлагаешь? Терпеть все? Подставлять вторую щеку, раз нам врезали по левой? Может ты еще и ошейник нацепишь и на четвереньки встанешь, как собака?
- Это ты тут скулишь, как побитый пес! Думаешь, ты один такой несчастный, всеми обиженный? Думаешь, нас станет кто либо жалеть? Мы никому не нужны, Мэл! У всех свои проблемы, не лучше наших!
- Так давайте и мы плюнем на всех! Никто нам не нужен!
- Ага, на нас самих нам тоже плюнуть, так? Это ты предлагаешь?
- А чем же мы лучше? Хочешь сказать, что гордишься собой? После всего, что мы делали?
- Вот именно! Если ты что то сделал не так, это надо исправить!
- Врешь! Нельзя все исправить! Время не простит ни тебя, ни меня, и ты это знаешь не хуже моего! То, что мы творили, нельзя исправить! И неважно, сколько пройдет времени, мы всегда будем помнить это и сожалеть.
- Знаю. Но это не повод ставить на всем крест.
- Согласен, - это уже я подаю голос. Я редко вмешиваюсь в споры этих двоих, но иногда наступает время, когда мне надо поддержать кого то из них. И сейчас Бун привел тот аргумент, с которым я действительно согласен, - У нас есть еще причины держаться. И ты это знаешь, Мэл.
- Да, знаю. Как и то, что эти причины недолговечны. Можете убегать от этой темы сколько хотите, но рано или поздно это случится и мы потеряем все, что нам сейчас дорого. Мы останемся совершенно одни и тогда вы пожалеете, что не согласились со мной. Когда больше не будет никого, кто удерживал бы отчаяние, кто помогал бы нам преодолевать эту жуткую пустоту внутри, вот тогда вы пожалеете, что отказались от моего предложения.
Редкая минута затишья, когда каждый из нас замолкает, уходя с головой в свои мысли. И хоть думаем мы об одном и том же, каждый из нас делает собственные выводы. Которые, как всегда, оказывается противоречивы.
- Я не хочу сдаваться, - один из немногих случаев, когда я привожу собственные доводы в этот нескончаемый спор.
- И что это значит? - Бун смотрит на меня с сомнением, потому что знает, как отличается мое мышление от его.
- О, тряпка подал голос! - презрительная усмешка от Мэла. Мне все равно. Я устал от этого шума, от этих споров и сомнений. Поэтому я пропускаю мимо ушей его слова и продолжаю говорить о своем.
- Это значит, что я не хочу опускать руки раньше времени. У меня есть силы, есть причины. Я хочу продержаться столько, сколько смогу..
Слева от меня смеется Мэл своим знаменитым злобным хохотом.
- Хах, вот ведь тупица! Надо же быть таким идиотом!
- Заткнись, Мэл..
- Это тебе бы стоило заткнуться, Бун. Как и тебе, - говорит он, указывая на меня, - вы оба - просто жалкие сопляки в розовых очках, которые живут мечтами и ничего не смыслят в жизни. Говоришь, хочешь продолжать, а? Говоришь, есть силы и причины? Смелый такой? А вот хрена лысого у тебя получится. Нет у тебя никаких шансов, и в итоге ты поломаешься сам и сломаешь все вокруг себя, отправив и себя и всех близких в пустоту. И знаешь, что тогда с тобой будет? Агония. Дикая боль и отчаяние поглотят тебя, прожуют и выплюнут, раскрошив все в тебе в мелкую труху. Ты знаешь о чем я, не так ли? Мы ведь через это уже проходили.
Не хочется признавать, но он прав. Я уже испытывал нечто подобное, но тогда лишь слегка коснулся этого. И даже этого мне хватило, чтобы еле удержаться и не сойти с ума. И если я ошибусь тут, то испытаю то же, только хуже во сто крат и тогда уже точно не смогу справиться. Мэл видит мое колебание и берет инициативу в свои руки.
- Вот видите. Думаете, я не понимаю, что вы предлагаете? Нееет, я все понимаю. Но из нас троих только я понимаю, как нам будет лучше.
- И как же? Закрыться в бункере? Трусливо спрятаться ото всех?
- Трусость? Разве избегать заведомо проигранного боя - это трусость?
- Никто не знает, выиграем ли мы или проиграем.
- Опять ты врешь! Сентиментальный кретин, надеешься на чудо, что случится какое то волшебство, что даст нам силы не сыграть в ящик и подарит второе дыхание. А ты, - тут он указывает на меня, обвинительно ткнув пальцем, - ты ничем не лучше. Ты всегда сомневаешься, всегда ноешь, не зная куда податься. Я здесь единственный, кто точно знает, что нужно делать.
- Не бери на себя слишком много, Мэл!
- Да что ты говоришь? А кто еще, если не я? Ты? Забыл уже, что случилось в прошлый раз? Все было под твоим контролем, когда произошла вся эта хрень! Помнишь, что с тобой тогда было? Ты сходил с ума, бился в истерике, как бешеный пес, так что нам пришлось оградить тебя отсюда. И каково тебе было столько времени проторчать за стеклом, не имея права выбора или даже просто сказать что либо? Понравилось, а?
Бун молчит. Это самое темное время в его жизни, когда он получил такой удар, что едва не потерял рассудок и не исчез бесследно. Его едва удалось удержать, при этом на долгое время посадив в стеклянную клетку, не давая ему говорить, выбирать. Жуткое время. Мне не было жаль Буна, но тогда досталось всем. Мы потеряли все, оказавшись в беспросветной пустоте, которой не было конца. Не знаю, каким чудом мы выбрались. Помог ли нам кто то или же мы просто каким то образом вылечились, но со временем Бун перестал биться в стекло, боль потихоньку ушла, став тупой, ноющей и привычной. С тех пор мы изменились. Бун так и не оправился до конца, стал слаб, молчалив. И он больше не улыбался. Совершенно другое случилось с Мэлом. Когда Бун облажался, Мэлу выпал шанс, которого он, как выяснилось, ждал, чтобы взять все под свой контроль. Он захватил все в то время, он запер Буна в клетку, даже мне пришлось затихнуть, пропасть. И он правил единолично, не считаясь ни с чем, упиваясь своей властью. Столько грязи произошло тогда..
Бун вдруг вздрагивает, вскочив со своего стула, прислоняется к стенке, держась за голову. Он дрожит, как осиновый лист. Понимаю его. Воспоминания, упрятанные подальше, вырываются, затапливая сознание, поглощая остатки света, оставшегося у нас. Даже Мэл опустил глаза, вцепившись руками в спинку стула так, что пальцы побелели. Мы страдали. И больше не могли это забыть.
Медленно Бун сползает по стенке вниз, оседая на пол. Дрожь то и дело пробегает по его телу, его взгляд пуст, в лице ни кровинки. Мэл тоже побледнел, но справился с собой и продолжил гнуть свое.
- Вот видите.. Вам нет доверия. Мы больше не можем позволить себе ошибаться. Мы должны поступить по моему, иначе нам всем конец.
Он прав в какой то мере, но что то не позволяет мне с ним согласиться. То, что он предлагает.. это не просто конец, это что то гораздо хуже. Пустота. Абсолютное ничто. Ни эмоций, ни чувств, ни мыслей. Никаких желаний. Нет надежд, нет и разочарований. Вот что он предлагает. Это поможет нам избежать боли, но какой ценой? Принять этот путь означало отказаться от всего, что нам дорого, от всего, что у нас осталось. Да, это немного, но тем не менее дорого нам.
Бун думает так же. Не поднимая головы, он подает голос, тихий, но все же уверенный:
- Нет, Мэл. Этого не будет.
Это добивает Мэла. Он падает на пол, соскользнув со стула и так же отползает к стене, прислонившись к ней спиной. С удивлением замечаю, что сам уже давно сижу на полу, каким то образом потеряв равновесие. Мы все думаем об одном и том же. Усталость. Как же надоели эти споры, эти сомнения, эти выборы пути, который в итоге по любому окажется неверным. Слева Мэл ухмыляется, закуривая сигарету и кидая нам по одной. Бун не шевелится, а я закуриваю, держа сигарету дрожащими пальцами.
- Значит, будет по моему.
Голос Мэла звучит глухо, словно он говорит из последних сил.
- Нет..
Голос Буна тих и дрожит, готовый сорваться на хрип
- Да.
- Нет.
- Да, черт тебя дери!
- Нет!..

- БУДЬ ТЫ ПРОКЛЯТ!!!

Мэл не выдерживает, вскочив на ноги и бросившись на Буна. Он хватает его за горло, душит, источая бессильную ярость и отчаяние. Бун не пытается сопротивляться, лишь тяжело, с хрипом дышит сквозь сжавшие его горло пальцы.
- Сволочь! Сукин сын! Почему ты не можешь просто заткнуться хотя бы раз? Почему ты всегда мешаешь, почему лезешь куда ни попадя? Мы столько раз уже страдали из за тебя, чертов ублюдок! Почему ты вообще еще тут? Любой на твоем месте давно бы сдох, но ты все упрямишься! Почему? Почему??? Дай уже нам жить нормально, хватит портить нам жизнь! Сдохни! СДОХНИ!!
Нахожу в себе силы встать и встрять между ними, с трудом оттаскивая Мэла. Тот внезапно обмяк, разжав руки и завалившись назад, упал на пол. С болью смотрю, как он содрогается в рыданиях, закрыв лицо руками. Рукой на плече Буна чувствую как он дрожит. Он с хрипом тянет воздух и в этом неровном звуке так же слышится рыдание. Мне не жаль их, но я их понимаю. Они страдают, каждый по своему. Как и я сам. И поэтому я не удивляюсь слезам, что стекают по моему лицу. Сомнение. Бессилие. Отчаяние.
Дверь как всегда скрипит, когда я с привычным облегчением ее открываю, выходя прочь из этой столь нелюбимой мной комнаты. За моей спиной раздается точно такой же скрип, затем еще один. Они уходят, каждый в свою дверь. Никто не прощается, ничего не говорит, так как знает - мы скоро встретимся. К сожалению.. Но сейчас с нас хватит. Мы устали. И нам надо отдохнуть, чтобы в скором времени встретиться вновь в этой поганой комнате, продолжая этот бессмысленный спор, длиною в жизнь.


Категории: Мини-истории, Добро, Зло, Я, Сомнения
Прoкoммeнтировaть
среда, 4 апреля 2018 г.
Азарт. non grаta. 19:34:19
Подробнее…- А это тебе на погоны. Ха!
Он с улыбкой швырнул на стол оставшиеся у него в руках карты, имея донельзя довольный вид. Как же меня раздражает его довольная физиономия! Разумеется, внешне я не выказываю никаких эмоций. Мы достаточно давно и часто играем, чтобы я успел привыкнуть к частым поражениям и давно разучился расстраиваться по этому поводу. Из ста игр я выигрывал от силы пять, так что ничего удивительного, что я перестал как либо реагировать на проигрыши. Другое дело, что я так и не смог научиться игнорировать его довольное состояние после очередной победы. Возможно потому, что он каждой победе радовался будто первой. Идеальный рецепт счастья именно для этого персонажа.
- Ну что, еще разок? - спросил он, довольно потирая руки. Со стороны он мог бы показаться мерзким дельцом, который радуется удачно обстряпанному дельцу, но я точно знал, что это не так. Его радость, несмотря на странную суть, была искренней. Да и побеждал он честно, это я знал наверняка. Если не сказать, что я сам ему подыгрывал своей глупостью и недальновидностью. В любом случае, я не испытывал к нему неприязни, несмотря на то, что он выигрывал у меня раз за разом. Но, согласитесь, проигрывать никто не любит, и я вовсе не исключение из этого правила. Возможно, это моя природная вредность, какая то желчь внутри, которая ударяет мне в голову каждый раз, когда я вижу как кто то рядом со мной радуется победе. Может зависть, этого я тоже не исключаю. Не сказать, чтобы я был благородным и исполненным чести и высоких принципов человеком. Все куда прозаичнее - я был слаб, был недалек и безгранично слеп. Чудо, что я вообще умудрялся побеждать его хотя бы столь малое количество раз.
- Нет, хватит на пока, - я не вру, я правда устал играть. Когда ты постоянно проигрываешь, быстро устаешь от игры. Откидываюсь на спинку стула и запрокидываю голову, устало прикрыв глаза. Хватит на пока.
- Что то ты сегодня быстро устаешь, приятель. Стареешь? - в его голосе нет даже тени издевки. Может даже показаться, что он правда заботится обо мне. Однако это совершенно не так. Его вопрос подразумевает лишь чистое любопытство. И то не в особо большой степени. Ему просто нужно чем то занять себя пока мы не начали следующую партию, которую он, несомненно, выиграет.
- Иди к черту, - лень что либо объяснять. Разговаривать тоже нет никакого желания. Сколько там? Не знаю, сбился со счета, столько раз я ему проиграл за этот раз. Мда.
- Хах, какие мы невеселые. Тогда, может, виски? Ты знаешь, я угощаю.
- Пф, сказал владелец бара.
- Совладелец.
Это сказал уже не он. Голос принадлежал женщине, стоявшей у барной стойки, прислонившись к ней спиной.
- Ага, - да, совладелец. Они держат этот бар вдвоем. Она сидит за барной стойкой и следит, чтобы игра шла по правилам и иногда подает выпивку, когда я устаю играть. Ведь им обоим важно, чтобы я участвовал. Чтоб их.
- Он прав, что то ты сегодня особенно хмурый. Раньше ты был хоть немного, но активнее. Что то случилось? - она подходит к нашему столику, неся на подносе несколько стаканов с янтарной жидкостью. Он тут же берет один стакан и делает пару глотков, словно отыгрывая запрограммированную в него функцию. Она тоже берет себе стакан, сделав небольшой глоток.
- Я только что просрал в энный раз твоему дружку. С какого перепугу я должен быть довольным, - в моем голосе нет даже вопросительной интонации. Не меняю положения, чтобы взять свой стакан.
- Ну, обычно тебя это не сильно задевало. Брось! Дело явно в чем то другом, уж от нас то можешь не скрывать.
Ну да, уж от кого, а от них ничего не скроешь. Даже если бы я хотел. Но мне все равно. Именно поэтому я не хочу о чем либо с ними говорить.
Она хмыкает и подходит ко мне со спины, одной рукой приподнимая мою голову, второй поднося стакан к моим губам, чтобы я мог сделать глоток. Горячий напиток прокладывает пылающую дорожку в пищевод, ударяя в голову. Поднимаю голову, хотя сам все еще остаюсь развалившимся на стуле. Настроения нет ни на что, все здесь мне надоело до зубовного скрежета. Хочется уйти, но некуда. Вот что самое худшее.
- Я же вижу, что тебя что то гнетет. Можешь рассказать мне, тебе полегчает.
Ее голос раздается так близко от моего уха, что я чувствую ее дыхание. Пара ладоней ложатся на мои плечи, слегка сжав их, начинают нежно массировать.
Как всегда в такие моменты я начинаю заводиться. Эта стерва знает, как завести любого и я, конечно же, не исключение. Я не могу скрыть что хочу ее и она это знает. Ее голос становится тихим, с приятными нотками, которые ни с чем не спутаешь.
- А ведь я помню, как ты приходил сюда с горящими глазами, весь такой уверенный, с шальной улыбкой. Тогда ты побеждал сходу и брал меня чуть ли не силой, помнишь?..
Последнее слово она чуть ли не прошептала мне ухо, заставляя мой мозг вспыхнуть огнем. Да, конечно я помню. Такое нельзя забыть, невозможно. Нирвана, эйфория, абсолютный кайф - называйте как хотите. Она решала, кто побеждает в нашей игре и за мои особенно красивые победы она отдавалась мне, заставляя меня забыть обо всех предыдущих проигрышах. А потом я играл снова, чтобы снова оказаться с ней. Но в большинстве случаев я жестоко проигрывался и оставался ни с чем. Две победы подряд у меня случались так редко, что я даже забываю, что они у меня были. Но даже воспоминания о таких моментах заставляли меня браться за игру снова и снова, хоть я и проигрывал раз за разом. Азарт. Это мое проклятье. А она тем временем продолжает шептать мне в ухо, побуждая меня начать очередную партию.
- Ты был так хорош в эти моменты. И ты знаешь об этом и хочешь снова испытать это, не так ли? А если я тоже? Что, если я тоже хочу тебя? А тебе надо всего лишь выиграть, только и всего. Ну же, сыграй же снова и если победишь - я твоя.
Проклятье. Я знаю, что это ловушка, замануха для дурачков. На самом деле людей больше всего манит не большой выигрыш, а сам шанс победить, возможность оказаться тем самым счастливчиком с рекламы, который улыбается во весь рот и стоит рядом с машиной, домом или находится на островах со своей семьей. И чем реальнее для него эта возможность, тем сложнее ему удержаться. Конечно, не сказать, чтобы мои шансы на победу были так уж велики, скорее их было минимальное количество, и я точно знаю, что оно того не стоит, но ее руки и дыхание у моего виска не позволяют мне руководствоваться умом.
- Так что, играешь? - черт, я уже почти забыл, что он тоже тут сидит. Но ему, разумеется, все равно на это, ведь в конечном счете, они заодно. Поэтому не хочу отвечать. Рациональная часть меня умоляет меня отказаться, уйти, прекратить это шоу для идиотов. А она за моей спиной отстраняется и обходит наш столик, вставая рядом с ним и опирается о его плечо. Ее манящие губы извиваются в слепящей улыбке, которая словно говорит: "Вот то, что ты можешь выиграть. Решайся!" В такие моменты я мог бы сказать, что ненавижу их. За то, что дают мне возможность, от которой нереально отказаться такому как я. Проклятый азарт. Я беру стакан с подноса и залпом выпиваю содержимое, слегка поморщившись. Это пойло - ничто, по сравнению с чарами этой стервы напротив меня. И, прежде чем я успеваю пожалеть о своем решении, говорю:
- Раздавай.


Категории: Мини-истории, Удача и случай
понедельник, 2 апреля 2018 г.
Выбор. non grаta. 20:57:53
Подробнее…- Я могу выбирать?
- Конечно. Ты можешь уйти. Только потом уже не получится вернуться, извини.
- Ясно.
Она смотрит на меня так, как смотрят хороший фильм, трейлер которого обещал что то интересное. Без лишнего фанатизма, самый обычный интерес, словно на ее лбу написано: "Ну, что дальше?" Даже улыбается немного, любопытство поднимает ей настроение. Становится противно, отворачиваюсь.
- И не надоедает тебе перед каждым изображать заинтересованность? - сам не знаю, зачем спрашиваю. Вероятно, мне тоже интересно. Самую малость.
- Многие меня даже не видят. Они даже не знают, что были здесь.
- А ты все равно притворяешься, что тебе интересно.
- Профессия обязывает, - она продолжает улыбаться, уголки ее губ не поднимаются ни на миллиметр выше необходимого.
- Мерзость.
Она наклоняет голову и слегка сводит брови, изображая шутливую обиду. Очередная фальшивка.
- Какой грубиян, - черт, как же противно..
- Тебе ведь на самом деле все равно.
- Это не значит, что ты можешь делать что хочешь.
- Ты сказала, что я могу выбирать.
- Но не можешь избежать выбора. Ирония, м?
- Лицемерие.
- Опять грубишь, - она качает головой и отворачивается, показывая, что ей скучно. Конечно, не я первый, не я последний..
Хотя и это выглядит фальшиво. Фальшь в квадрате. Здесь все пропитано ложью, обманом. Меня тянет уйти, это место мне претит.
- Если тебе здесь так плохо, то почему ты не сделаешь что нужно и не уйдешь?
- А ты мысли читаешь?
- Нет, просто у тебя все на лице написано. Выразительное оно у тебя. Не в том смысле, что красивое. Просто по тебе сразу понятно, что тебе что то не нравится.
Она возвращает свой взгляд на меня. Не знаю почему, но не хочу отвечать на ее вопрос. Возможно, мне не нравится ответ. Мне не нравится факт того, что мне интересно здесь находиться. Даже эта фальшивая кукла напротив, ведь она часть этого места. Чтобы отвлечься, задаю ей вопрос.
- И что, многие никак не осознают, что были здесь?
Она вновь наклоняет голову и медлит секунду с ответом. Разумеется, она понимает, что я тяну время, но ничего по этому поводу не говорит. Хорошо. Если бы она тратила слова на очевидные вещи, я был бы разочарован.
- Именно, - наконец отвечает она, - для них это место даже меньше чем забытый сон.
- А такие, как я?
- А что они?
- Что происходит с ними?
Она опускает взгляд - ей опять скучно.
- То же, что и с тобой. Проводят здесь какое то время, затем делают свое дело и уходят.
- И ты разговариваешь с каждым? Говоришь то же, что и мне сейчас?
В этот раз она даже не говорит, обходясь лишь кивком. Очередная фальшь. Она, конечное же, не торопится. Но все же в ней есть доля нетерпения, словно зритель желает, чтобы скучная часть фильма прошла и началось самое интересное. Если оно будет, конечно.
Мое недовольство растет. Хватит, не хочу больше тут задерживаться. Что за отвратительное место!
- Что, ты говоришь, мне надо сделать?
Отворачиваюсь, чтобы не видеть, как она поднимает взгляд, в котором мелькает капелька интереса. Возможно, тоже фальшивого, мне уже лень размышлять об этом.
- То же, что и всем. Взять мел и начертить линию на этой доске.
Она имеет в виду эту доску, что висит передо мной. Старый, весь исцарапанный деревянный лист с жалкими остатками зеленой краски тянется вдоль всей стены от двери до окна. Сделав шаг, оказываюсь перед ней, беру с небольшой подставки под ней мел и удивляюсь - впервые за все время, что нахожусь здесь.
- Теплый..
Спиной чувствую, что сидящая сзади подается вперед, выдавая усиленный интерес. Не могу понять, притворство ли это или же нет, так как она начинает говорить.
- Конечно, теплый. Это твой мел.
Слабая ухмылка против моей воли слетает с моих губ. Разумеется. Мел теплый, серовато-белый, немного рыхлый, с мельчайшими порами. Хороший мел, оставляет четкий след, легко стирается и почти не пачкает пальцы, в которых лежит хорошо благодаря квадратной форме. Хороший. Но не идеальный. Чуть потерт и создает слишком много пыльной крошки. И быстро сходит на нет..
Значит, у каждого, кто здесь бывает, свой мел. Своей формы, своего цвета и со своими свойствами. Что то в этой доске мне не нравится, но я не хочу думать что. Подношу руку с мелом к доске, поставив первую точку.
- Так?
- Так, - кажется, будто она наслаждается моей нерешительностью, но это, разумеется, не так. Это всего лишь часть игры. Опять становится противно.
Хочется поскорее закончить и уйти, поэтому начинаю вести мелом по доске, преодолевая смущение. Эта доска мне определенно не нравится. Не хочется об этом думать, поэтому медленно, крайне медленно веду линию по доске, стараясь вести ровно. Вдруг, мне приходит в голову до странности простой вопрос.
- Линия ведь не должна быть ровной?
Уже знаю, что прав. Она как будто немного довольна, но не более того. Зритель увидел в фильме момент, увиденный в трейлере к этому фильму, не более того. Но теперь он ждет продолжения.
- То есть.. я могу сделать ее волнистой?
- Даже ломаной.
- Углы?
- Именно.
- Петли?
- Чудесно!
Что то не так..
- А зачем я вообще должен чертить эту линию?
- Надо.
Сволочь. Хотя ладно, пусть не говорит. Хм.. начертить линию на доске надо обязательно, но могу сделать ее какой пожелаю. Мелом, который у каждого свой. На одной доске..

"- Я могу выбирать? "
- Конечно. Ты можешь уйти. Только потом уже не получится вернуться, извини."

"- Ты сказала, что я могу выбирать.
- Но не можешь избежать выбора. Ирония, м?"

- Вот оно как, - чувство озарения не дает мне промолчать.
- М? - она наверняка выглядит спокойно, но я чувствую, что она в предвкушении. Началось самое интересное - события, ведущие к концовке.
- Это жизнь.
- Что? - до безумия фальшивый вопрос, но я все же отвечаю.
- То, что я делаю.
- Рисуешь линию?
- Эта линия и есть жизнь. Моя жизнь. Линия, которую я обязательно должен начертить своим мелом, но форму которой волен выбирать. Я рисую свою жизнь.
С этими словами убираю мел от доски, заканчивая линию. Она получилась совсем не ровной, волнистой, местами делает петли, а в паре мест складывается в углы.
- Браво. Ты только что сделал свой выбор. Причем, - она оглядывается на то, что я назвал своей линией, - выбор твой весьма непростой.
- Значит, я прав?
- Только отчасти, - вижу, как она наслаждается тем, что я в замешательстве. Верно, ведь я думал, что угадал точно. Это раздражает, но нужно уметь проигрывать.
- В чем же я ошибся?
- В определении. То, что ты выбрал на доске - не жизнь. Жизнь ты выбрал тогда, когда решил остаться тут и сделать что нужно, - она наслаждается тем, что дает мне объяснения, указывая на мои ошибки. Но дальше не говорит. Чтоб тебя..
- И что же тогда я начертил на доске, если не свою жизнь? Судьбу?
Она подходит ближе, ее улыбка ни на йоту не изменилась, но я знаю, что сейчас она искренняя. Она наслаждается моим непониманием и дает мне ответы по частям, смакуя. Кажется, даже мое недовольство ей в радость.
- Брось, друг мой. Ты же сам не веришь в судьбу!
- Тогда что? - мое терпение готово лопнуть.
- Свой путь.
По ней прям видно, как она наслаждается этим моментом. Она готовила его, ждала. Тьфу..
- Что значит - путь?
- То и значит. Я ведь сказала, ты можешь выбирать. Каждый изгиб этой линии, каждый ее угол или петля - события, последствия принятых тобой решений, твоих действий. Эта линия олицетворяет твой выбор в жизни.
Ясно. Ошибся немного, но сути это не меняет. Пусть говорит что хочет, я буду считать, что угадал верно. Поднимаю взгляд на свою линию, вожу им по ней, задумавшись.
- Значит, каждый приходит сюда и чертит здесь свою линию?
- Да, на этой самой доске. Только другим мелом. Каждый оставляет здесь свою линию, они виляют, либо идут ровно, иногда соприкасаются, накладываются друг на друга и даже идут вместе какой то отрезок времени. Касание линий означает связь между людьми, где их пути сходятся, пересекаются или даже сплетаются в узлы.
- Понятно.
Я продолжаю водить взглядом по доске, не в силах прервать размышления. Все же, что то в этой доске мне не нравится.
- И что, многие выбирали сплетать свои линии с другими?
- О, да. Особенно часто смотрят на цвет. Люди так много внимания уделяют внешней составляющей.
Чувствую в ее голосе какую то странную нотку. Она нервирует меня, словно засевшая в пальце заноза. Какое то.. ожидание? Это еще не все? Чего еще она от меня ждет?
И тут до меня наконец доходит. Очевидная вещь и именно поэтому я так долго не мог ее заметить. Ухмыляюсь улыбкой человека, завершившего свое нелегкое и местами неприятное дело.
- Значит, я могу идти?
- Да, разумеется. Дело сделано, ты волен уйти в любое время.
Нотка в ее голосе усиливается, теперь ожидание четко различимо. Она ждет, что я назову ей свою догадку. Зритель ждет концовку фильма. Что ж..
Покачав головой, направляюсь к выходу, на самом пороге промедлив и бросив последний взгляд на доску, которая мне так не понравилась.
- Какая паршивая..
Она наклоняет голову все с той же улыбкой, спрашивая:
- Чем же она тебе так не угодила?
Вот он, момент, когда ожидание достигает пика. Удовлетворение или разочарование? Она говорит это всем своим видом, мне даже не надо видеть ее. Выхожу в дверь, бросая напоследок пару слов. Вот он, мой ответ.

- Тем, что она пустая.

И уже уходя по темному коридору представляю, что ее улыбка становится шире, впервые за все время, которое я пробыл здесь. Первая не фальшивая эмоция. Кисло ухмыляюсь своей маленькой победе и огромному поражению.


Категории: Мини-истории, Линия судьбы, Принятие решения


........... > Мини-истории

читай на форуме:
Убииииться. Хочу напииииться.
оняня
пройди тесты:
Времена Мародеров-Часть 7.
пофигистка(2)
Найди свою вторую половину
читай в дневниках:
48.
для души.
Мех: воображаемый портрет Дианы Арбус

  Copyright © 2001—2018 BeOn
Авторами текстов, изображений и видео, размещённых на этой странице, являются пользователи сайта.
Задать вопрос.
Написать об ошибке.
Оставить предложения и комментарии.
Помощь в пополнении позитивок.
Сообщить о неприличных изображениях.
Информация для родителей.
Пишите нам на e-mail.
Разместить Рекламу.
If you would like to report an abuse of our service, such as a spam message, please contact us.
Если Вы хотите пожаловаться на содержимое этой страницы, пожалуйста, напишите нам.

↑вверх